Z – значит Захария - Роберт О`Брайен

Когда я вернулась домой, мистер Лумис как раз проснулся, но не вставал. Я приготовила на скорую руку обед, и он рассказал еще немного о себе.

Он был аспирантом в Корнелле, занимался органической химией: пластмассами и полимерами. (Как он объяснил, это вещества с очень длинными молекулами, из которых делают нейлон, дакрон, полиэтилен и прочее.) Заведующим кафедрой, где он учился, был профессор Килмер, очень знаменитый, он даже однажды получил Нобелевскую премию.

Профессору Килмеру дали правительственный грант, и часть времени он работал в отдельной лаборатории, построенной специально для него в горах, в двадцати милях от Корнелла. Исследование было засекречено, но тоже что-то про пластмассы и полимеры, по специальности профессора.

Мистер Лумис был учеником профессора и хорошо его знал, но тот с головой ушел в работу и вообще не проявлял особого дружелюбия. Однако однажды, очень взволнованный, он пригласил своего аспиранта в личный кабинет. Едва закрыв дверь, Килмер спросил мистера Лумиса, не хочет ли тот присоединиться к его работе в секретной лаборатории. Сказал, что только что сделал важное открытие и ему нужно увеличить штат. Мистер Лумис, подумав, согласился, тем более что, как объяснил профессор, это было исследование по близкой теме, и работа будет оплачиваться.

Открытие состояло в разработке метода намагничивания пластика. Мистер Лумис называл это «поляризацией», но по сути получался магнитный пластик. Поскольку пластик состоит из полимеров, они назвали его полиполаром.

Это открытие не показалось мне таким уж волнующим, но, когда он объяснил, для чего оно могло пригодиться, я поняла, что оно значило – или могло бы значить – для правительства. Смысл в том, что магнитное поле могло задержать или, по крайней мере, отклонить излучение. Мистер Лумис напомнил мне (вообще-то я проходила это в школе), что именно магнитное поле Земли защищает нас от космических лучей. Так и из магнитного пластика можно было сделать радиозащитный костюм.

Этого-то и хотело правительство – то есть армия, конечно. Чтобы солдаты могли выжить (и даже продолжать сражаться!) после атомных бомбардировок. Правительство планировало выпускать и гражданские костюмы, но первой на очереди стояла армия.

Это случилось года за три до войны. Лаборатория, в которую на следующий день перешел мистер Лумис, располагалась под землей, точнее в скале, на глубине восьмидесяти футов и была большая, как дом. Он работал в ней почти каждый день следующие три года и часто даже ночевал там. Там были жилые комнаты, чтобы на время важных экспериментов не возвращаться обратно в Итаку. У них была кладовка с продуктами и даже кухня.

Мистер Лумис вскоре понял, что проект сложнее, чем просто изготовление пластикового костюма. Что даст костюм солдату, если он не может дышать атмосферным воздухом или пить воду из источников? (Еду, даже большие ящики, можно было завернуть в пластик.) Но профессор Килмер как раз начал работать над новыми разновидностями своего полимера: тонкими пористыми мембранами, через которые можно было фильтровать воду. Получалось так: чем хуже была вода, тем меньше проходило сквозь мембрану, но то, что проходило, было чистым, радиоактивную часть фильтр не пропускал. Потом они разработали похожую мембрану для воздуха. Это оказалось труднее: чистый воздух нужно было улавливать, сжимать и закачивать в баллон. Но они справились, получив небольшое устройство с ручным насосом, которое человек мог нести на себе.

Это и были (теперь-то я поняла) вещи, которые он принес с собой: зеленоватый костюм, баллон воздуха за спиной; водяной фильтр и запас отфильтрованной воды лежали в чемодане-тележке. Палатка, разумеется, была сделана из того же материала, как и чемодан.

Они разработали все это в лаборатории и изготовили по одной пробной модели перед самым началом войны. Профессор доложил в Вашингтон и ждал группу из Пентагона для приемки. Если бы их разработки приняли, по всей стране химзаводы готовы были начать выпуск продукции.

Однако люди из Пентагона не приехали. Оказалось, слишком поздно. Война началась и закончилась, но ни одному солдату костюм не достался, не говоря уж о мирных жителях.

В ночь, когда начались бомбардировки, мистер Лумис задержался в лаборатории. Он слышал новости по радио и решил остаться там, по крайней мере на время, чтобы посмотреть, как все пойдет. У него был хороший запас еды – в основном армейские пайки из сублимированных продуктов (которые могут храниться вечно), поскольку они испытывали пластик в качестве упаковки для еды. Профессора Килмера не было: он поехал в Итаку, и мистер Лумис больше никогда его не видел.

Мистер Лумис оказался единственным в мире обладателем радиозащитного костюма, воздушного и водного фильтров.

Подобно мне, он слышал, как одна за другой замолкали радиостанции. И все же надеялся, что где-то могут быть выжившие в похожих подземных бункерах – у ВВС, например, имелось несколько бомбоубежищ, где люди могли жить месяцами. Разница заключалась в том, что если они там и выжили, то не могли выходить наружу, а он мог.

Он оставался в лаборатории три месяца, надеясь, что уровень радиации снаружи снизится, но тот не снижался. Тогда он начал серию экспедиций. Сначала коротких. Костюм прошел тщательную лабораторную проверку и защищал от всех мыслимых уровней радиации, но «в поле» никогда не использовался, поэтому мистер Лумис был очень осторожен. И не зря. Его первым желанием, например, было сесть в машину и поехать в Итаку, ближайший город. Но, прежде чем это сделать, он замерил уровень радиоактивности в салоне, взяв счетчик Гейгера из лаборатории. Оказалось, он был в десять раз выше, чем в воздухе: очевидно, металлический корпус, отражая излучение внутрь с шести направлений, собирал лучи сильнее, чем кто-либо мог предсказать. Такой уровень был слишком близок к теоретическому пределу костюма, чтобы рисковать.

С тех пор он проверил сотни машин, и везде обнаружил то же самое – как он выразился, «слишком горячо». Даже мотоциклы были опасны. Велосипеды – не так сильно, но на них было слишком тяжело ездить в громоздком пластиковом костюме. Так что в итоге ему пришлось ходить пешком, возя припасы в чемодане-тележке, который он сделал сам из деталей велосипедов и большой легкой фанерной коробки, покрытой полиполаром.

Первую вылазку он сделал на запад, в Чикаго, где, как он знал, располагался подземный командный пост ВВС. Прикинув расстояние, которое можно пройти за день, он рассчитал по карте, сколько это займет времени и сколько еды ему потребуется. Он знал, что не найдет ничего съедобного по дороге; возможно, пригодные в пищу продукты окажутся в бомбоубежище, но полагаться на это не стоило.